Закон яровой

Пакет Яровой вступил в силу. Что изменится для нас и как не сесть за репост?

1 июля россияне пристально следили за футболом, а потом безудержно праздновали выход в четвертьфинал Чемпионата мира нашей футбольной сборной. В этот день наверняка многие из нас эмоционально обсуждали прошедшую игру, но многие ли задумались, что эти разговоры были записаны? Ещё полгода наши крики, всхлипы, слова гордости и благодарности будут храниться на серверах мобильных операторов – даже если мы забудем о них на следующий день.
Всё дело в том, что в один день с матчем с испанцами произошло другое, менее заметное событие: в силу вступила заключительная часть нашумевшего когда-то «пакета Яровой». Почему этот закон породил волну недовольства, перевернёт ли он российский интернет (а может, всю российскую жизнь) и что теперь нужно знать перед отправкой сообщения – обо всём этом расскажем в нашем материале.

Что положили в этот «пакет»?

Впервые о законе Яровой заговорили ещё в апреле 2016 года. Тогда депутат Госдумы от «Единой России» Ирина Яровая и ныне подзабытый сенатор от той же партии Виктор Озёров внесли на рассмотрение в парламент пакет поправок, якобы призванных защитить граждан от терроризма. Некоторые положения законопроекта оказались настолько радикальными, что были убраны из окончательной редакции: например, предлагалось лишать гражданства осуждённых за терроризм и запретить выезд из страны людям, которые не погасили судимость по статьям за экстремизм.

Законопроект вызвал огромный общественный резонанс. Петиция против его принятия на портале change.org собрала более 600 тысяч подписей, а на официальном сайте РОИ меньше чем за месяц были набраны 100 тысяч голосов, необходимые для рассмотрения обращения Открытым правительством. По стране прошла серия протестных митингов, а эксперты интернет-отрасли заявляли о настоящей катастрофе, которая ждёт рунет в случае принятия закона. Обычные пользователи не остались в стороне – злополучный пакет стал поводом для издевательских видео и множества мемов.

Не шурши!

Тем не менее, закон прошёл 3 чтения в Госдуме, получил одобрение Правительства и Совета Федерации, а 7 июля того же года пал последний бастион – его подписал российский президент Владимир Путин. Большая часть поправок вступили в силу меньше чем через 2 недели – 20 июля. В их числе:

  • Уголовное наказание за «недоносительство», оправдание терроризма в соцсетях, «склонение» к массовым беспорядкам, введение статьи за «международный терроризм»;
  • Увеличение сроков наказания по «экстремистским» статьям, уменьшение возраста ответственности по ним до 14 лет;
  • Проверка перевозчиками любых посылок на наличие запрещённых предметов;
  • Запрет миссионерства для незарегистрированных организаций и запрет проповедей вне церквей, кладбищ и других специально предназначенных мест;
  • Предоставление так называемых «ключей шифрования» данных силовым структурам по решению суда.

Наиболее жаркие споры разгорелись касательно пункта о хранении трафика пользователей. Изначально планировалось хранить звонки, сообщения, метаданные о них (то есть информацию о совершённых звонках и сообщениях) и весь интернет-трафик в течение 3 лет. Однако выяснилось, что это требование неисполнимо – в мире нет таких вместительных серверов, Россия не производит достаточно электричества для их питания, а затраты на реализацию оценивались в пять триллионов рублей (для сравнения – в 2015 году вся интернет-отрасль заработала 1,7 триллиона рублей, а доход федерального бюджета России составил 14,7 триллионов рублей). В итоге было решено:

  • С 1 июля 2018 года хранить все телефонные звонки, СМС-сообщения и метаданные о них в течение полугода;
  • С 1 октября того же года операторам связи хранить переписку, видео- и аудиофайлы и персональные данные пользователей в течение месяца. Ежегодно срок хранения необходимо увеличивать минимум на 15%, постепенно доведя его до полугода.

Как закон Яровой повлияет на нашу жизнь?

Но что же сулит новый закон обычным людям, как мы с вами? В первую очередь, говоря о нём, вспоминают о подорожании интернета. Первые подтверждения появились уже в июне этого года: большинство российских провайдеров подняли расценки в среднем на 10%. Операторы преподнесли это завуалированно: дескать, не только цены повышаем, но и скорость на вашем тарифе. Учитывая, что хранилища данных по закону нужно будет увеличивать ежегодно, такие индексации, видимо, станут привычными. Кроме того, нужно быть готовыми к постепенному удорожанию или отмене безлимитных тарифов: всё-таки операторам влетает в копеечку именно объём нашего трафика.

Прогнозировалось и существенное подорожание почтовых пересылок. По расчётам «Почты России», оснащение всех её 42 тысяч отделений специальными рентгеновскими установками для требуемого досмотра посылок обошлось бы в полтриллиона рублей. В качестве компромиссного варианта перевозчик предлагал принимать все посылки в открытом видео, однако это всё равно не решило бы проблемы доставки товаров из-за границы: никто же не будет (или хотя бы не должен) вскрывать коробку с отправленным из Китая телефоном. В итоге положение о досмотре отправлений действует уже два года, а внутренние правила пересылки ни «Почты России», ни других частных компаний существенно не поменялись. Фактически норма закона просто не исполняется.

Однако подорожание услуг – далеко не единственное негативное следствие «пакета Яровой». В июне российская компания МФИ-софт (ранее она производила оборудование для Роскомнадзора) представила расценки на сертифицированные дата-центры для операторов. Стоимость сервера, позволяющего хранить трафик 7-8 тысяч абонентов, оценили в 37 млн. рублей. Фактически это несколько годовых доходов, собранных с таких абонентов. И если крупные федеральные операторы, имеющие другие источники дохода, ещё могут найти эти деньги, то небольшим региональным провайдерам просто негде одномоментно взять такую сумму. Зарубежные аналоги оборудования по закону использовать тоже нельзя. Фактически это может означать разорение небольших провайдеров и монополизацию рынка, при которой крупные операторы будут скупать у локальных их абонентскую базу. Подобный сценарий сделает наш интернет на шаг ближе к китайскому: несколько крупных операторов гораздо легче контролировать, особенно если вдруг понадобится отключить российский сегмент интернета от мирового.

Наконец, закон Яровой отразился на работе некоторых сервисов на территории России. Теперь любая компания, использующая в работе своего приложения какой-либо протокол шифрования, должна будет по решению суда предоставить органам безопасности некий «ключ», который позволит получить доступ к переписке и другим данным пользователя. Именно это положение закона стало поводом для блокировки в России мессенджера Telegram (кстати, не забудьте подписаться на наш «заблокированный» канал). Причем представители сервиса даже были готовы предоставить ФСБ саму переписку подозреваемых в терроризме, но спецслужбам были нужны именно «ключи». В общем, продолжение истории вы знаете.

Так, и что теперь делать?

Не стоит обольщаться, будто бы закон Яровой нужен только для обеспечения нашей безопасности. Борьба с экстремизмом понимается нашими силовиками уж очень широко. К примеру, мать-одиночка Екатерина Вологженинова получила год обязательных работ за посты «Вконтакте», поддерживающие украинских военных. Инженер Андрей Бубеев был приговорён к двум годам и трём месяцам колонии-поселения за два репоста оппозиционных статей. А блогера Руслана Соколовского, игравшего в храме в Pokemon Go, и вовсе внесли в список террористов и экстремистов, заблокировав все его банковские счета. В общем, есть повод подумать о том, как не оказаться в подобной ситуации.

Ещё во время обсуждения законопроекта Яровой многие провайдеры говорили о бесполезности переданных данных – мол, 80% трафика в сети всё равно зашифровано, и он будет только занимать место. Это чистая правда. Большинство современных сайтов (и наш в том числе) работают по защищённому протоколу https. Если вы зайдёте на такой сайт, провайдер сможет узнать только о факте подключения к нему – и всё. То, что вы читаете именно эту статью, а не выбираете ребёнку самокат, никто не узнает.

Но если вы хотите, чтобы никто не знал даже, на какие сайты вы заходите, а весь ваш трафик был зашифрован, вам стоит воспользоваться VPN. В этом случае товарищ майор увидит только, как вы подключились к серверу где-нибудь в Нидерландах или в Гонконге. Помимо шифрования трафика VPN имеет и другое важное преимущество – он позволит вам пользоваться заблокированными в России сервисами и сайтами (Telegram, опять же). Самих VPN-сервисов на рынке чрезвычайно много, большинство их весьма недорогие, а некоторые и вовсе бесплатные; об их видах и особенностях мы ещё расскажем вам в отдельной статье (очень скоро).

Однако VPN не спасёт вас, если ФСБ потребует доступ к вашим данным у посторонней компании, а не у провайдера. Так называемые «Организаторы распространения информации» из реестра Роскомнадзора тоже должны хранить ваши данные в течение полугода. В этом списке есть:

Если вы пользуетесь какими-то продуктами из реестра ОРИ, будьте готовы к тому, что по решению суда ваши файлы и переписки окажутся в руках спецслужб. Возможно, вам стоит использовать эти сервисы аккуратнее и не доверять им какую-то личную информацию; это касается и разговоров по телефону и SMS. Либо имеет смысл отказаться от таких ресурсов в пользу тех, которые ещё не находятся в реестре: Google, Facebook, Viber и других.

Ваша переписка будет в полной сохранности, если вы пользуетесь мессенджером с end-to-end шифрованием: такая технология позволяет передавать данные на телефон собеседника в обход серверов компании. Эта функция реализована, например, в WhatsApp, секретных чатах Telegram и звонках «Вконтакте».

В общем, госпожа Яровая и российские власти сильно повышают нашу интернет-грамотность и даже прививают важную привычку: в интернете тоже нужно предохраняться. За это, наверное, даже стоит их поблагодарить. А мы, кстати, расскажем ещё много интересного и полезного о технологиях в России и во всём мире, так что подписывайтесь на канал Дзен, Telegram-канал и рассылку Inspector Gadgets!

Хранение с отсрочкой: как операторы начали выполнять «закон Яровой»

Источник РБК, близкий к одному из операторов «тройки», сообщил, что не только «МегаФон» не сразу на всю страну разворачивает систему для хранения информации по «закону Яровой». Он отметил, что внедрение СОРМ-2 (предназначена для мониторинга интернет-активности) в 2000-х годах и СОРМ-3 (для хранения метаданных — например, кто, кому, когда звонил) с 2014 года также происходило не одномоментно.

Что предписывает «закон Яровой»

Пакет антитеррористических поправок, известный как «закон Яровой», был принят в июле 2016 года. Среди прочего он предписывал с 1 июля 2018 года операторам связи и организаторам распространения информации в интернете (ОРИ, к ним относятся сервисы электронной почты, мессенджеры, социальные сети и другие интернет-площадки, на которых пользователи могут обмениваться сообщениями) хранить в срок до полугода записи звонков, содержание сообщений и другую коммуникацию пользователей. Срок хранения метаданных увеличивался для операторов до трех лет, а для ОРИ — до года.

В законе оговаривалось, что сроки и объем информации, которую необходимо хранить, должно уточнить правительство. В апреле было опубликовано соответствующее постановление, касающееся операторов связи: они должны хранить текстовые сообщения и записи разговоров в течение полугода с момента «окончания их приема, передачи, доставки и (или) обработки». Для операторов, которые предоставляют услуги передачи данных (интернет-провайдеров), срок хранения составит 30 суток начиная с 1 октября 2018 года. Последующие пять лет компании должны ежегодно увеличивать на 15% емкость «технических средств накопления» (оборудования, на котором будет храниться интернет-трафик). Во вторник, 26 июня, правительство утвердило п​остановление, устанавливающее срок хранения записей разговоров и переписки для ОРИ: как и для операторов связи, это шесть месяцев.

Но до сих пор не приняты документы с техническими требованиями к оборудованию, которое должно использоваться для хранения информации. В частности, как заявил представитель «Ростелекома», госоператор пока не заложил в свой бюджет расходы на исполнение требований по хранению данных в рамках закона. «Несмотря на то что постановление правительства России по срокам хранения уже опубликовано, для оценки расходов необходимо дождаться выхода документов с требованиями к оборудованию», — отметил он. Представитель этого оператора не ответил на вопрос, начнут ли они выполнять требования закона с 1 июля.

Фото: Руслан Шамуков / ТАСС

По словам Сергея Солдатенкова, это «неоднозначная ситуация», но содержание документов не станет сюрпризом для операторов, поскольку есть проекты этих требований. «МегаФон» исходит из прошлого опыта, когда в 2013 году был принят так называемый принцип MNP (mobile number portability, возможность сохранять свой номер телефона при смене мобильного оператора. — РБК). Уточняющие его нормативно-правовые акты были приняты за два дня до его вступления в силу. «Мы все стояли на голове в течение двух-трех месяцев во время подготовки к ним и не хотели идти по такому пути. Поэтому за полгода провели определенные тесты решений, схем хранения. Если в требованиях, которые будут приняты, появятся какие-то изменения, наши поставщики готовы поменять под них свои решения», — рассказал Солдатенков.

Нерешенным остается и основной вопрос — какую ответственность будут нести операторы и интернет-компании за неисполнение требований «закона Яровой». Впрочем, по мнению Солдатенкова, даже если бы подобные документы уже были утверждены, государство вряд ли стало бы наказывать оператора. «Если мы говорим о том, что идем по плану, то не думаю, что возникнут какие-то претензии. Вопрос же со стороны государства не наказать оператора, а сделать так, чтобы была возможность обеспечить хранение данных», — пояснил он.

По мнению руководителя коммерческой практики юридической компании BMS Law Firm Дениса Фролова, «МегаФон» и другие операторы должны и в отсутствии нормативно-правовых актов выполнять требования закона, акты лишь «конкретизируют закон».

Дорогая скорость

В 2016 году экспертная рабочая группа «Связь и информационные технологии» при правительстве России спрогнозировала расходы операторов на хранение данных по «закону Яровой» в 5,2 трлн руб. Однако позже оценки несколько раз корректировались. Весной 2018 года МТС оценила необходимую сумму в 60 млрд руб. на ближайшие пять лет, «МегаФон» — в 35–40 млрд руб., «ВымпелКом» — в 45 млрд руб.

По словам гендиректора Linxdatacenter в России (поставщик услуг связи и центров обработки данных) Ольги Соколовой, размер затрат на хранение действительно зависит от того, какая конфигурация СОРМ и требования к производителям оборудования будут утверждены в документах. Она отметила, что пока особого всплеска обращений в связи с «законом Яровой» компания не наблюдает. «Пока что никто не знает, в каком виде государство будет запрашивать у участников рынка реализацию требований закона. Одно дело, если будет принят поэтапный порядок, скажем, в течение трех лет. Совсем другой сценарий, если полное соответствие нужно будет обеспечить за, скажем, несколько месяцев», — говорит Соколова. Она ожидает, что ситуация прояснится после 1 июля.​

Законопослушные иностранцы

Гендиректор и председатель совета директоров международной группы Orange Стефан Ришар сообщил РБК, что компания следует положениям законодательства в любой стране, в которой работает, и с 1 июля готова выполнять требования «закона Яровой». «В Европе мы понимаем, что такое террористическая угроза, особенно во Франции. После событий 2015 года мы стали более тесно сотрудничать с властями», — отметил он. Компания не раскрывает, сколько потратила на подготовку к выполнению требований. Однако глава Orange Business Services (подразделение Orange) в России Ричард ван Вагенинген пояснил, что с учетом того, что компания работает здесь только в сегменте b2b и у нее ограниченное количество корпоративных клиентов, затраты были небольшими.

В июле 2017 года Институт исследований интернета (ИИИ) выпустил отчет, в котором указал, что «закон Яровой» противоречит требованиям GDPR (General Data Protection Regulation, общего регламента о хранении данных), который вступил в силу в Евросоюзе в мае 2018 года. В ИИИ указывали, что, согласно GDPR, для хранения информации о фактах коммуникации пользователя должно быть соответствующее подтверждение от спецслужб. Если российские операторы будут хранить информацию об иностранцах у себя на серверах без согласия самого пользователя и без решения суда предоставлять эти данные российским правоохранительным органам, будет нарушено европейское законодательство, говорилось в отчете.

Однако, по словам представителя Orange, компания видит, что может выполнять требования и того и другого закона в той мере, в которой они к ней относятся. Он отметил, что с точки зрения GDPR компания в ходе оказания услуг является «процессором» (физическое или юридическое лицо, госорган, учреждение, которое обрабатывает персональные данные по поручению «оператора» — того, с кем было заключено соглашение на обработку данных). «Также важно заметить, что вопросы в отношении национальной безопасности выведены из сферы действия GDPR, а «закон Яровой» относится как раз к этой сфере, что следует даже из официального названия», — указал представитель Orange.

«Закон Яровой» — что это простыми словами

С 1 июля 2018 года в силу вступил так званый «Закон Яровой». Среди граждан Российской Федерации это сразу же вызвало волну негатива и осуждения. Однако, не смотря на это, власти не отменили принятия данного закона, а совсем, наоборот – в 2019 году он потерпел новых доработок. До сих пор, можно пронаблюдать протесты и митинги относительно этого закона. Что же так пугает граждан Российской Федерации? Для чего этот закон необходим государству? Ответы на эти вопросы мы и рассмотрим детальнее.

Разработка и принятие закона

Как известно, ежегодно на территории Российской Федерации проходят множество террористических актов. Власти страны были обеспокоены таким положением. И, дабы усилить контроль над группой лиц, имеющих отношения к террористическим актам и увеличить меру наказания этой категории людей, Ирина Яровая совместно с депутатами партии «Единая Россия» (а именно, Алексеем Пушковым, Виктором Озеровым и Надеждой Герасимовой) подала соответствующий законопроект в апреле 2016 года. Тринадцатого мая того же года данный законопроект был принят Государственной Думой Российской Федерации, а позже, седьмого июля подписан президентом Российской Федерации Владимиром Владимировичем Путиным. В 2016 году законопроект получил множество поправок, после чего, в 2018 году он вступил в силу.

Суть «Закона Яровой»

Согласно, вступившего в силу закона, все операторы сотовой связи и компании интернет провайдеров обязаны будут хранить все данные своих клиентов в течение шести месяцев. Под данными подразумевается: текстовые и голосовые сообщения, видеофайлы, фото-файлы и другая электронная информация, принадлежащая клиенту. То есть, можно быть уверенным, что все сообщения и звонки, исходящие от физического лица или передаваемые ему, будут храниться в серверах, куда в любой момент могут получить доступ правоохранительные органы.

Итак, прочитав данный закон, можно с легкостью представить себе следующую ситуацию: над неким физическим лицом по каким-либо причинам навис статус участника террористического акта. Мы еще не знаем, имеет ли данное физическое лицо связь к этим ужасающим событиям. Но дабы убедиться в этом и доказать вину данного физического лица органы полиции имеют полное право обратиться к оператору сотовой связи, или к интернет-компании, и прочитать все его переписки (файлы, отправленные ним/ему). И только после подобного вторжения в жизнь физического лица, мы сможем узнать, виновен ли он в чем-то. Конечно, правоохранительные органы не станут беспричинно изучать все личные файлы обычного гражданина, однако все читатели этой статьи должны знать о новых возможностях спецслужб.

Теперь отвлечемся от закона, и вспомним о нашей Конституции. Статья 23 Конституции Российской Федерации гласит: каждый имеет право на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений; ограничение этого права допускается только на основании судебного решения. Но видимо, официальные власти Российской Федерации решили закрыть глаза на эту статью Конституции и принять вышеупомянутый законопроект.

Граждане страны были возмущены таким вторжением в их частную жизнь и в общественности начал нарастать бунт.

Далее, последовала реакция операторов сотовой связи, которые заявили, что у них нет серверов необходимой мощности, для хранения такого объема информации. А по предварительным подсчетам, на закупку новой техники и замены старой понадобится около шестидесяти миллиардов рублей.

Тогда стал актуальным вопрос, где же взять такую сумму. И результат еще больше удивил общественность – компании операторов сотовой связи решили повысить оплату за их услуги, и именно за эти вырученные деньги установить серверы. Помимо всего, такое хранение информации может быть опасным и не выстоять хакерских атак. Однако вопрос с серверами разрешился положительно. В 2017 году отечественная компания взялась разработать и испытать новые системы. По их словам, все прошло успешно.

Что же, мы рассмотрели законопроект в общих чертах.

Теперь, давайте по пунктам во всем разберемся. «Закон Яровой» имеет второе название «Пакет Яровой», который состоит из двух законопроектов. Первый законопроект вносит в уголовный кодекс Российской Федерации три новых состава преступления, такие как: не информирование о террористическом акте, задействование в экстремизме и совершение международных террористических актов.

Второй законопроект включает в себя те правила, о которых мы писали ранее. Согласно ему, интернет-компании и операторы сотовой связи должны предоставить правоохранительным органам: имя, фамилию, отчество, дату рождения, паспортные данные, адрес, аудио- и видео-файлы, адрес электронной почты, текст сообщений и список родственников клиента.

12.04 власти РФ подписали указ о том, что операторы сотовой связи обязаны хранить аудио- и видео-файлы, текстовые и другие сообщения своего клиента в течение тридцати суток. После чего, операторы должны делать объем хранения больше на пятнадцать процентов в год.

Данный закон затронул и религиозные организации. Согласно ему, есть установленный список мест, где является допустимым деятельность проповедников. Подобные мероприятия не допускаются в жилых помещениях (это не касается богослужений), а также, все проповедники обязаны иметь при себе документы с разрешением на подобную деятельность.

Ну и последний пункт законопроекта – запрет на использование несертифицированных средств шифрования. За нарушения данного закона физическое лицо обязано заплатить штраф суммой от трех тысяч до пяти тысяч рублей.

Общественное недовольство

Как писалось ранее, общественность была возмущена данным законом. Но все протесты начались не после подписания законопроектов, а еще на этапе их создания.

В митингах не было задействовано огромное количество людей. Возможно, граждане страны тогда еще не знали всех тонкостей закона, возможно, они думали, что до его подписания дело не дойдет, а возможно большинство людей не видели проблемы в этом законе.

Итак, все началось в 2016 году, когда 12.04 Совет при Президенте РФ по правам человека вынес отрицательный вердикт по данным законопроектам.

23.06 того же года председатель Российского союза евангельских христиан-баптистов А. В. Смирнов создал петицию, обращенную к Президенту Российской Федерации, с просьбой не подписывать данный закон. Петиция была размещена на официальном сайте организации и А. В. Смирнов попросил присоединиться и подписать ее каждого.

Видимо, всех этих усилий было мало, так как закон все равно был подписан. Но народ все равно не отчаивался, и уже на следующий день после того, как закон был подписан, появилась новая петиция. На этот раз, ее создала Российская общественная инициатива с целью отменить данные законопроекты. Это произвело настоящий фурор, ведь всего за один день петиция набрала десять тысяч подписей, а меньше, чем через месяц – сто тысяч подписей, после чего петиция могла пойти на рассмотрение.

Шестнадцатого августа петиция ушла на рассмотрение к М. Абызову, который является министром по вопросам Открытого правительства. Однако вся эта эпопея с петицией не дала положительного результата. Девятнадцатого января следующего года экспертная комиссия вынесла вердикт, согласно которому, об отмене «Пакета Яровой» не может быть и речи. Они объяснили это тем, что считают не целесообразным в то время, когда в стране совершается множество террористических актов, отменять закон, помогающий властям бороться с нависшей угрозой.

Возможно, в чем-то они были правы, но тогда граждане так не посчитали и решили переходить от слов к делу – вместо петиций они решили устраивать митинги. Но эти протесты должны были быть узаконены, именно по этому, Леонид Волков, который является главой организации «Общество защиты интернета», уведомил мэрию столицы о проведении митинга двадцать шестого июля недалеко от здания Федеральной службы по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций. В начале власти столицы одобрили проведение данного митинга в это время в назначенном месте. Однако позже перенесли акцию протеста на площадь Яузские ворота. Позднее мэрия передумала и вовсе отменила митинг, объяснив это тем, что в ново назначенном месте должно было пройти другое мероприятие. Тогда Л. Волков оспорил данное решение в Тверском суде и получил неудовлетворительный результат. Двадцать шестого июля ряд митингов все же прокатился по стране. В Новосибирске в акции протеста взяли участие двести человек, в Екатеринбурге – сто пятьдесят человек, в Волгограде – восемьдесят, в Уфе – семьдесят, в Кургане – двадцать, и в Барнауле – десять человек. Несмотря на все митинги, «Закон Яровой» все же вступил в силу.

А.Н. Асеев

Закон Яровой: что это такое, каких сфер коснулись нововведения, что изменится по закону в 2019 году

Ирина Анатольевна Яровая с 2016 года является Заместителем председателя Государственной думы, и в этом же году, в апреле, она подготовила свод нормативно-правовых актов, известных в народе как Закон Яровой. Законопроект был принят Госдумой в первом чтении в июле того же года. Вместе с Яровой его разрабатывали Алексей Пушковой, Надежда Герасимова и Виктор Озеров.

Основные положения и суть закона Яровой

На самом деле Закон Яровой – это не один закон, а пакет, состоящий из двух нормативно-правовых актов, которые задумывались как способ борьбы с терроризмом:

  • ФЗ №374 от 06.07.2016 «О внесении изменений в Федеральный закон «О противодействии терроризму» и отдельные законодательные акты Российской Федерации в части установления дополнительных мер противодействия терроризму и обеспечения общественной безопасности».
  • ФЗ №375 от 06.07.2016 «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации в части установления дополнительных мер противодействия терроризму и обеспечения общественной безопасности».

Пакет предусматривает изменения законодательства в нескольких сферах жизни:

  • расширение полномочий органов правопорядка;
  • новые правила и требования в сфере мобильной связи, интернета и почтовой связи;
  • новые правила и требования для осуществления религиозной и миссионерской деятельности.

Мобильная связь и интернет

С самыми большими проблемами столкнулись операторы сотовой связи: в первоначальной версии закона их обязали хранить передаваемую клиентами информацию в течение трех лет (статья 13 ФЗ №374 от 06.07.2016). Предполагается, что с помощью этой информации правоохранительные органы смогут выявлять деятельность террористических и экстремистских организаций. Такие требования подразумевают под собой достаточно серьезные изменения технической составляющей. В связи с этим в закон были внесены изменения, и срок был снижен до одного года (плюс отсрочка).

Правоохранительные органы, согласно закону, имеют доступ к этой информации без решения суда (Решение ВС РФ №АКПИ18-1109 от 19.12.2018).

Помимо мобильных операторов, изменения коснулись социальных сетей и мессенджеров, которые теперь должны предоставлять правоохранительным органам данные к своему шифрованию данных.

Как гласит статья 15 ФЗ №374 от 06.07.2016, интернет-площадки должны хранить информацию о фактах передачи текстовых и звуковых сообщений, изображений, аудио- и видеофайлов в течение одного года, а тот же список информации, опубликованной на личных страницах пользователей, в течение полугода.

Транспортные компании

В соответствии с новым законом, чтобы исключить связь транспортных компании и экстремистских организаций, перевозчиков обязали проверять данные своих клиентов.

Согласно закону, на компанию-перевозчик возлагается обязанность проверки своих клиентов с помощью сверки личных данных в случае с физическими лицами и реквизитами для юридических лиц (статья 11 ФЗ №374 от 06.07.2016). Кроме того, перевозчик должен обладать информацией и о перевозимом грузе, а в случае с юридическими лицами должна происходить сверка между получаемым к перевозке грузом и документам на него (статья 9 ФЗ №374 от 06.07.2016).

Религия и миссионеры

По мнению автора закона, религиозные организации имеют большое влияние на общество, поэтому их деятельность должна регулироваться государством.

Согласно нововведениям (статья 8 ФЗ №374 от 06.07.2016), все религиозные организации, ведущие свою деятельность на территории РФ, должны быть зарегистрированы, им необходимо получить разрешающие документы.

Запрещается проводить миссионерскую деятельность в жилых домах (как это, например, делали мормоны или свидетели Иеговы), но разрешается проводить религиозные обряды (статья 14 ФЗ №374 от 06.07.2016).

Нарушение этих правил карается штрафными санкциями в размере до миллиона рублей.

Кроме того, иностранные религиозные организации, во главе которых стоит негражданин РФ, должны быть закрыты, а их руководитель депортирован из страны.

Вступление закона в силу в 2019 году

Большинство нововведений по закону Яровой уже вступило в силу к 2019 году. Исключением является сфера мобильной связи, которой в связи с необходимостью проведения сложных технических изменений была дана отсрочка. В первоначальной версии закона мобильные операторы должны были перейти на новые правила к 1 июля 2019 года, но это оказалось неосуществимым требованием.

Поэтому в соответствии с Постановлением Правительства РФ №445 от 12.04.2018 «Об утверждении Правил хранения операторами связи текстовых сообщений пользователей услугами связи, голосовой информации, изображений, звуков, видео- и иных сообщений пользователей услугами связи» операторы с 1 октября 2018 года должны хранить информацию за тридцать предыдущих суток. Кроме того, накопление информации должно увеличиваться с каждым годом на 15% и к 2023 году должно будет составлять шесть месяцев.

Лидия Добронравова Юрист Подпишитесь на нас в «Яндекс Дзен»

В качестве одной из мер поддержки операторов связи правительство может рассмотреть отсрочку исполнения норм одного из наиболее затратных для бизнеса обязательств — «закона Яровой». Речь идет, в частности, о том, чтобы отложить на два года требование о ежегодном увеличении емкости хранилищ информации на 15%, а также исключить из расчета видеосервисы, трафик которых вырос из-за самоизоляции. Это позволит обеспечить стабильную работу сети для функционирования экстренных служб и государственных институтов, уверяют операторы.

Правительство может облегчить требования по хранению трафика для исполнения «закона Яровой», следует из проекта поручений (есть у “Ъ”), разработанного Минкомсвязью на основе предложений отрасли. По данным собеседников “Ъ”, они готовились на базе комиссии по связи и ИТ Российского союза промышленников и предпринимателей (РСПП).

В частности, предлагается отложить на два года ежегодное увеличение емкости хранилищ на 15% и исключить из расчета емкости видеосервисы, поскольку из-за роста потребления такого трафика в период самоизоляции операторам придется нести дополнительные расходы.

Согласно «закону Яровой», с 1 июля 2018 года операторы должны хранить весь пользовательский трафик и ежегодно увеличивать емкость хранилищ на 15% в течение пяти лет. На исполнение закона ежегодно приходится 10–20% капитальных затрат операторов, оценивают в PwС. Сами операторы ранее оценивали свои затраты в десятки миллиардов рублей: МТС сообщала о потенциальных 50 млрд руб. в течение пяти лет, «МегаФон» — о 40 млрд руб., «Вымпелком» — о 45 млрд руб.

Для поддержки отрасли предлагается еще целый ряд мер, включая снижение втрое платы за использование частот до конца 2020 года и отсрочку по налоговым платежам операторам, модернизирующим сеть для расширения емкости.

Сейчас общий объем платежей операторов за пользование частотами составляет около 20 млрд руб. в год, оценивает партнер AC&M Михаил Алексеев. Речь идет также о снижении до 14% взносов в фонды страхования до конца 2020 года и обеспечении операторов льготным кредитованием. Госдуме могут рекомендовать принятие законопроектов о безвозмездном доступе операторов к инфраструктуре многоквартирных домов и о дистанционной идентификации абонентов, следует из проекта предложений.

В «МегаФоне» заявили “Ъ”, что «полностью солидарны с РСПП в том, что в текущих экономических условиях операторам связи необходимо существенное сокращение или временное освобождение от расходов на выполнение регуляторных обязательств». Это не потребует затрат федерального бюджета, но позволит операторам высвободить существенные средства, которые они смогут направить на поддержание стабильной работы сети, что необходимо для функционирования экстренных служб, государственных институтов, городской инфраструктуры и частного бизнеса, подчеркнули в компании.

Сейчас интернет и голосовая связь стали единственными способами коммуникации и ведения бизнеса, добавили в «Ростелекоме». По мнению представителя компании, обсуждаемые меры позволят «частично компенсировать возникшие дополнительные затраты, вызванные дополнительным масштабированием сети компаний и снижением курса рубля». В условиях пандемии важно не допустить снижения пропускной способности сетей, в том числе для экстренных служб, говорят в Tele2. В «Вымпелкоме» «приветствуют подход» Минкомсвязи. МТС и «ЭР-Телеком» отказались от комментариев.

Потенциальный перенос сроков внедрения «закона Яровой» — «масштабное решение, которое освободит значительные материальные ресурсы», считает Михаил Алексеев.

Сейчас трафик и нагрузка на инфраструктуру существенно растут, соответственно, растут и расходы операторов, подтверждает руководитель практики по работе с компаниями сектора технологий, медиа и телекоммуникаций KPMG в России и СНГ Еркожа Акылбек. При этом доходность бизнеса уменьшается, так как в режиме самоизоляции значительно падает число новых подключений, притом что пока еще продолжает снижаться и стоимость тарифов, отмечает он. Еркожа Акылбек полагает, что за счет части капитальных затрат, запланированных на «закон Яровой», операторы смогут сохранить объемы инвестиций в развитие сетей.

Юлия Степанова, Юлия Тишина

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *